Сибирь никого не оставит равнодушным

Не туристами, а путешественниками хотим мы быть

Время относительно. Оно проходит, но делает оно это с различной скоростью. Казакам нужно было много месяцев, чтобы в 17 веке добраться из Москвы до озера Байкал. Сегодня эту дистанцию можно преодолеть почти за шесть часов.

Мир стал маленьким, как минимум для нас, людей западного общества. Маленький, но напротив - значительно необозримее. Никогда прежде эта планета не была настолько большой, такой переливчатой, такой сложной как в настоящее время; практически не осталось ни одного белого пятнышка, ни одного места, которое не было бы охвачено и, также, несмотря на всевозможные усилия, доступно. И малую часть этого мы хотим «узнать».

Другое, чужое – это остается для нас другим, это остается для нас чужим, если мы не используем возможности с этим познакомиться. Чаще всего мы охотнее являемся туристами, чем путешественниками. Но мы хотим понимать себя в качестве путешественников, мы хотим уехать, чтобы убежать от повседневности, принять в себя другое, чужое. Мы хотим быть в пути из-за пути и при этом тренируемся в отказе от того, что мы знаем и ценим. Путь – это цель.

Сегодня почти невозможно представить, что кто-нибудь как Александр фон Гумбольдт между 18 и 19 веками еще всю свою жизнь провел за тем, чтобы вдали от родины всегда находить что-то новое, это документировать и открывать для потомков. Сегодня много знаний просто есть, они доступны для всех и могут быть использованы всеми. Это ставшее возможным существование успокаивает. Оно действительно является благословлением времени и в самом глубоком понимании ведет к демократизации знаний. Но оно также делает ленивым. В сомнительном случае мы сразу находим, что мы не сами хотим открывать: кто-то явно был уже там, задокументировал в слове, картинке, звуке… Любопытство быстро удовлетворенно,  пусть даже полуготовым или воспетым. Можно доказать, что контекстуальные знания отдельного человека в молодом возрасте уменьшаются, но при этом способность быстро находить факты в цифровом космосе увеличивается. Способность отдельного человека к связыванию между фактами и глубоко лежащими взаимосвязями уменьшается.

Но если внимательнее присмотреться, без цинизма остаться недоверчивым, задумываться и все же открываться другим – это остается желанным, независимо от всех упрощений. 

Так как это гарантии для самостоятельной и ответственной жизни. Отсюда и различие тех, кто хочет добраться до истоков вещей и кто не отделывается самыми первыми лучшими ответами и предложениями. Критическая дистанция также относится к тому, как необходимы смелость и любопытство. Пуститься на что-то неизвестное не вредит. Но проясняет.

Хотеть знать, оставаться любопытным, самому пережить – это все составные части процесса, который никогда не закончится, но является континуумом. И поэтому со временем становится беднее тот, кто запирается от нового, другого, также от чужого и незнакомого, только потому, что воспринимается как угроза или что-то неважное, что приготовлено не в собственном соку.

Если бы казаки и Александр фон Гумбольдт были просто туристами, они бы поблекли в истории.

Но они были путешественниками, открывателями. И показали нам то, как стать богаче при помощи искренности, любопытства и мужества.  

Позвольте духу первопроходца, неизвестности и любопытству вести Вас.